Кинотеатр

Интеллектуальный лабиринт от Барри Коски: барочная музыка встречается с античными мифами.
Идея проекта родилась у Чечилии Бартоли, художественного руководителя Зальцбургского Троицкого фестиваля, которая всю жизнь ищет новые способы разговаривать со зрителем. Барри Коски обсуждал с ней возможности совместной работы больше десяти лет. В итоге родилось абсолютно новое пастиччо из произведений Вивальди.

Художник Майкл Левин создал не просто декорацию для персонажей пяти мифов из «Метаморфоз» Овидия, а сложную метафору: единое пространство отеля, где разыгрываются все истории, — пограничное состояние между сном и реальностью, а огромная кровать — портал в Аид. Холодильник с мини-баром и плазменная панель подчеркивают, что древние страсти не ушли в прошлое — они бытуют и в современном мире. И что этот спектакль — о нас. О том, в кого и как мы превращаемся, когда любим, когда страдаем, когда смотрим на себя в зеркало. Это отель, из которого мы выходим другими — или не выходим вовсе, оставаясь внутри, в комнате теней, где навсегда поселились Пигмалион, Арахна, Мирра, Нарцисс и потерянная Эвридика.

«Отель Метаморфоз» — это пастиччо в своем первозданном смысле: идеальное сочетание фрагментов, которое создает новую, цельную реальность. Блестящий режиссерский замысел Коски, первоклассный актерский ансамбль и феноменальная музыка Вивальди — все это сложилось в единое, захватывающее действо.

Пролог: Орфей как собиратель снов.
Все начинается в номере уставшей пожилой женщины в исполнении заслуженной немецкой актрисы Ангелы Винклер. Воплощая Орфея, она не поет, а читает тексты Овидия в новом прозаическом переводе и стихи Рильке. Эта комната — пространство памяти, где реальный мир остался за дверью, а внутри — только сны, ожидание и утрата.

Пигмалион и Галатея: Любовь к своему отражению.
Первая история — миф о Пигмалионе в исполнении Филиппа Жарусски и Леа Дезандре. Вместо античного скульптора — современный мужчина, обнимающий куклу в натуральную величину. Здесь особенно ярко проявился режиссерский метод Коски: иронично обыграть тему искусственного интеллекта, создав образ веб-дизайнера, который буквально создает свою возлюбленную.

Арахна и Минерва: Искусство как вызов богам.
Второй эпизод — дуэль-соревнование между Арахной (Чечилия Бартоли) и богиней Минервой (Надежда Карязина). Арахна — блистательная художница, работающая с новейшими технологиями и искусственным интеллектом, —  вызывает богиню на состязание и проигрывает, превратившись в паука. Сцена, где Карязина в образе Минервы появляется перед Бартоли, стала подарком для меломанов, а Бартоли смогла показать и трагическую, и юмористическую грань своего таланта, превратившись из искусной ткачихи в жалкое создание.

Мирра: Дочь, принявшая желаемое за действительное.
Самый шокирующий миф — история Мирры (Леа Дезандре). Она воспылала страстью к отцу и, обманув его, провела с ним ночь. Узнав правду, отец проклял ее, и боги превратили ее в мирровое дерево, слезы которого — ладан.
Леа Дезандре виртуозно исполнила свою партию, передав всю глубину отчаяния, одержимости и боли отверженной.

Эхо и Нарцисс: Разговор с пустотой.
Эпизод с Нарциссом — символом эпохи социальных сетей и бесконечного самолюбования — самый трагичный. Филипп Жарусски, в свитере, напоминающем привычный стиль самого Барри Коски, предстает перед нами уже немолодым, с ранней сединой, погруженным в себя. Из зеркал выходят два прекрасных юноши-близнеца — его собственные отражения. А Эхо (Леа Дезандре) тщетно пытается  достучаться до Нарцисса, повторяя его слова, но оставаясь невидимой и неслышимой.

Финал: Эвридика в царстве теней.
Последняя сцена возвращает нас к Орфею. Теперь уже комната трансформируется: кровать поднимается кверху, и перед нами разверзается мрачная бездна, Черный Вигвам Дэвида Линча, куда спускается Орфей за Эвридикой. Трагедию довершает исступленный, дикий, первобытный танец менад-вакханок. Чечилия Бартоли появляется уже в образе Эвридики — потерянной навсегда. Она бродит во мраке, и голос ее наполнен бесконечной тоской.

Анна организует свадьбы, но ее собственная личная жизнь никак не складывается. Чтобы приободрить больную бабушку, девушка выдает коллегу за своего жениха, а случайных попутчиков — за его родителей. Но все выходит из-под контроля, когда в события вмешиваются охотники за чужими богатствами и старинные семейные секреты. Теперь Анне нужно не только разобраться во всем этом хаосе, но и найти хотя бы одного человека, которому можно доверять.

Рик, несостоявшийся музыкант, подрабатывает выступлениями на свадьбах. На одной из них его просят подыграть звезде бойз-бенда Дэнни. После вечеринки они устраивают небольшой джем-сейшен, где делятся своими мелодиями. Когда Дэнни превращает песню Рика в хит, который захватывает хит-парады мира, Рик решает восстановить справедливость и получить свою долю славы. Но вся проблема в том, что ему никто не верит, даже собственные жена и дочь.

Есть место за пределами нашей реальности… Когда неудачливый продавец мебели Кларк обнаруживает скрытый портал в другое измерение в подвале своего магазина, он оказывается в бесконечном лабиринте извилистых желтых коридоров. В этом мире время и пространство не подчиняются логике, а нечто жуткое может скрываться за каждым углом.

Фильм дополнится 16 минутами новых материалов, которые уведут зрителей еще дальше во вселенную лиминальных пространств.

Владик снова проводит каникулы у деда Юры, когда в деревне неожиданно появляется… Виктор — дед Владика по папе, бывший дипломат. Он быстро находит общий язык с местными, дарит внуку дорогие подарки и увлекает его захватывающими историями о путешествиях по миру. Между дедами вспыхивает соперничество за внимание внука — от едких подколов до открытого противостояния. Дед Юра все больше чувствует, что проигрывает. Но когда всплывает опасная тайна из прошлого Виктора, у деда Юры появляется возможность избавиться от конкурента.

Ник, писатель из Нью-Йорка XXI века, отправляется в опасное путешествие после того, как мафиозный босс поручает ему украсть рукопись «Божественной комедии», написанную рукой самого Данте Алигьери. В это же время Данте в XIV веке ищет вдохновения для создания своего величайшего произведения. Каждого из мужчин неосознанно связывает через время их одержимость любовью, красотой и божественным.

Джулиан Шнабель, режиссер фильма: «Мне было важно, чтобы зритель почувствовал себя частью этого мира — одновременно Нью-Йорка 2000-х и Италии XIV века. Чтобы он вышел из зала немного озадаченным и унес это ощущение с собой. Когда фильм способен заставить зрителя задуматься о чем-то — он работает. Даже если у зрителя остаются вопросы, гораздо интереснее иметь захватывающие вопросы, чем скучные ответы.

После смерти мужа Элис приезжает к его семье в уединенный загородный дом. Но поминки омрачает древнее зло, выбравшее родственников своей новой целью. И когда семейные демоны начинают лезть наружу, Элис понимает: некоторые клятвы, данные при жизни, сохраняют силу и на том свете.

Он — один из самых успешных артистов всех времен, а его песни изменили мир навсегда. Но до того как стать королем поп-музыки, собирающим стадионы поклонников, он был просто… Майклом. И легендарнее его музыки лишь его жизнь — полная взлетов и падений на пути к головокружительной славе.

Супруги Лена и Борис Вяземские готовы продать семейную компанию, развестись и скорее забыть друг друга. Только вот у их детей совсем другие планы: Милана и Елисей обращаются к Грише и его команде, чтобы спасти семью. Теперь перевоспитание мажоров выходит на новый уровень! Герои попадают в эпоху Петра I: морские приключения и опасности заставят их переосмыслить свое собственное прошлое и осознать: нет ничего важнее семьи.

Безнадежный романтик Беар давно и безответно влюблен в красавицу Ники. Однажды в магазине эзотерики он находит странную безделушку — волшебную палочку. Если ее сломать, исполнится твое заветное желание. Беар загадывает, чтобы Ники любила его больше всех на свете. И вот чудо — девушка и правда в него влюбляется. Однако его счастью быстро приходит конец. Парень замечает, что Ники буквально им одержима, а ее знаки внимания становятся все более пугающими. Оказывается, желание парня исполнилось, но совсем не так, как он мечтал.