Кинотеатр

В печально известной тюрьме невидимая сила начинает жестоко убивать заключенных, вынуждая вражеские банды и коррумпированных охранников действовать сообща, пытаясь выжить в условиях нарастающего кровопролития.

Жизнь Рахаю рушится из-за серии мистических несчастий. Потеряв мужа и сына, она боится новой встречи с нечистью. Шаманка, к которой Рахаю обращается за помощью, проводит магический ритуал, и дочка выживает. Но в чем заключается ритуал, выясняется только спустя семь лет. Мать платит за жизнь дочери жуткую цену — оказывается, Рахаю теперь управляет демон, которому нужно приносить кровавые жертвы в течение шести пятниц. Но самое страшное испытание ждет несчастную мать в зловещую ночь Суро…

Они, казалось бы, имеют все для счастья: комфортная квартира, перспективная работа, замечательные дети. Но за идеальной картинкой скрывается глубокий кризис. Каждый из супругов уже давно негласно живет своей жизнью, убегая от рутины и последствий быта. В день юбилея пара получает бутылку с волшебным напитком. Теперь их жизнь — это увлекательное приключение, полное неожиданных последствий сбывшихся желаний.

Двое друзей сворачивают с шоссе и останавливаются на ночь в провинциальном отеле «Роза». Наутро выясняется, что уехать отсюда невозможно. Постояльцы отеля сначала кажутся очень странными, а потом начинают и вовсе исчезать один за другим.

Он — один из самых успешных артистов всех времен, а его песни изменили мир навсегда. Но до того как стать королем поп-музыки, собирающим стадионы поклонников, он был просто… Майклом. И легендарнее его музыки лишь его жизнь — полная взлетов и падений на пути к головокружительной славе.

После смерти мужа Элис приезжает к его семье в уединенный загородный дом. Но поминки омрачает древнее зло, выбравшее родственников своей новой целью. И когда семейные демоны начинают лезть наружу, Элис понимает: некоторые клятвы, данные при жизни, сохраняют силу и на том свете.

Супруги Лена и Борис Вяземские готовы продать семейную компанию, развестись и скорее забыть друг друга. Только вот у их детей совсем другие планы: Милана и Елисей обращаются к Грише и его команде, чтобы спасти семью. Теперь перевоспитание мажоров выходит на новый уровень! Герои попадают в эпоху Петра I: морские приключения и опасности заставят их переосмыслить свое собственное прошлое и осознать: нет ничего важнее семьи.

Есть место за пределами нашей реальности… Когда неудачливый продавец мебели Кларк обнаруживает скрытый портал в другое измерение в подвале своего магазина, он оказывается в бесконечном лабиринте извилистых желтых коридоров. В этом мире время и пространство не подчиняются логике, а нечто жуткое может скрываться за каждым углом.

Фильм дополнится 16 минутами новых материалов, которые уведут зрителей еще дальше во вселенную лиминальных пространств.

После смерти родителей Лея перестала мечтать, рисовать и радоваться жизни. Единственным человеком, способным вернуть ей веру в себя, становится Аксель — лучший друг ее брата. Постепенно между ними возникает особая связь, способная изменить их жизни раз и навсегда.

Безнадежный романтик Беар давно и безответно влюблен в красавицу Ники. Однажды в магазине эзотерики он находит странную безделушку — волшебную палочку. Если ее сломать, исполнится твое заветное желание. Беар загадывает, чтобы Ники любила его больше всех на свете. И вот чудо — девушка и правда в него влюбляется. Однако его счастью быстро приходит конец. Парень замечает, что Ники буквально им одержима, а ее знаки внимания становятся все более пугающими. Оказывается, желание парня исполнилось, но совсем не так, как он мечтал.

Владик снова проводит каникулы у деда Юры, когда в деревне неожиданно появляется… Виктор — дед Владика по папе, бывший дипломат. Он быстро находит общий язык с местными, дарит внуку дорогие подарки и увлекает его захватывающими историями о путешествиях по миру. Между дедами вспыхивает соперничество за внимание внука — от едких подколов до открытого противостояния. Дед Юра все больше чувствует, что проигрывает. Но когда всплывает опасная тайна из прошлого Виктора, у деда Юры появляется возможность избавиться от конкурента.

Опера по правилам кино. Дебют Йонаса Кауфмана в главных теноровых партиях знаменитого веристского диптиха.
Событие зальцбургского Пасхального фестиваля, которое стало сенсацией: двойной дебют Йонаса Кауфмана в двух шедеврах веризма — «Сельская честь» (Туридду) и Канио («Паяцы») — в один вечер, под управлением Кристиана Тилемана.

Режиссер Филипп Штельцль, известный по клипам Rammstein и «Вольному стрелку» в Брегенце, превратил огромную сцену Большого фестивального зала в кинематографический павильон, разделив ее на шесть сегментов, похожих на окна или фреймы комикса. Летняя сицилийская деревня стала индустриальным городом, решенным в черно-белых тонах, с отсылкой к эстетике немых фильмов. В противовес мрачной «Сельской чести» сценография «Паяцев» буквально сочится яркими красками. Получилось, по определению Штельцля, «кино в кино», где яркие декорации бродячего цирка соседствуют с закулисной механикой, а сцена путается с реальностью.

Единовластным героем вечера стал Йонас Кауфман, совершивший двойной дебют в веристском репертуаре: он впервые в карьере исполнил обе главные теноровые партии — роль сицилийского крестьянина Туридду в «Сельской чести» и ревнивого клоуна Канио в «Паяцах». За пультом Саксонской государственной капеллы Дрездена — Кристиан Тилеман, для которого работа с итальянским репертуаром стала важным шагом за пределы привычного вагнеровского и штраусовского репертуара. Режиссер и сценограф Филипп Штельцль, мастер зрелищных форм, сотворил настоящий синтез театра и кино, превратив оперу в захватывающий триллер, а финал «Сельской чести» — в сцену из гангстерского фильма.

Совместная работа Тилемана и Штельцля с его радикальной визуальной стратегией противопоставила обе части диптиха музыкально и стилистически. «Сельская честь» — черно-белый нуар о ревности. Вместо деревенской площади — бетонные стены, подъезды и мансарды. Центральным конфликтом здесь становится не столько ревность, сколько серость и клаустрофобия этого мира, где за каждым жителем неотступно наблюдают. Еще один пронзительный слой трагедии добавляет введенная режиссером в спектакль линия маленького сына Туридду и Сантуццы (Людмила Монастырская), недоуменно наблюдающего за взрослыми.

После антракта черно-белая гамма взрывается яркими красками «Паяцев», напоминающих эстетику цветных кинолент середины XX века и дешевый цирк, где за улыбкой прячется нож. Сценография становится нарочито театральной: зритель видит и сцену, и закулисную механику, и подмостки бродячих артистов. Свой знаменитый прием «кино в кино» Штельцль реализует напрямую: он снимает игру актеров установленными на сцене камерами, транслируя крупные планы на экраны, вписанные в декорации. Канио в трактовке Кауфмана — не обычный взбешенный ревнивец, а ледяной абьюзер, действующий с холодной пугающей решимостью.
Уникальное сочетание мастеров (Кауфман, Тилеман, Штельцль) и великолепного ансамбля (Людмила Монастырская, Мария Агреста, Амброджо Маэстри, Димитри Платаниас), сделало оперную постановку не просто исполненной музыкой, запечатленной на пленку, но полноценным кино о страсти, чести, предательстве и расплате.